bluesrock (bluesrock) wrote,
bluesrock
bluesrock

Интервью

Пару недель назад взяли у меня интервью для нового муз. сайта. Что-то у них там откладывается на неопределённый срок. Прислали мне расшифровку с диктофона, чтобы не пропало.
Что хорошо, я предварительно просил фигню не спрашивать, они и не спрашивали. Даже удивительно. И не перебивали при этом.



Илья Камаев (далее «И.К.»):

День добрый! Не буду спрашивать о том, о чём легко можно прочитать на вашем официальном сайте. Год образования, история, прочее – это понятно. Больше интересует настоящее и будущее. А также взгляд на происходящее с группой изнутри. Первый вопрос несколько общий: чем сейчас занята «Женщина с Бородой»?

Борода:
Тем же, чем и всегда. Пишем новые песни, репетируем дважды в неделю, играем, когда приглашают.

И.К.: Часто приглашают?

Борода:
Достаточно. Мы отказываемся от бессмысленных на наш взгляд концертов, а также от бесплатных выступлений, если они не благотворительные. Таким образом, играем в среднем не более трёх концертов в месяц. Это оптимальный режим для нас.

И.К.: Как дела с записью? «Барбадонна» уже очень давно вышла.

Борода:
Больной вопрос. Скорее даже не для нас, а для уважаемой публики. Постоянно спрашивают. Чтобы плотно засесть в студию, нам нужно совершить какое-то неимоверное усилие. Не готовы, видимо. Это не значит, что мы вообще забили на это дело. Процесс идёт понемногу. Для второго альбома осталось записать несколько вокальных треков. А инструментал уже и для третьего альбома частично записан. Не знаю, правда, насколько сейчас актуален формат альбомов. Интернет под себя всё переформатирует. Я Вконтакте захожу на страницу какой-нибудь группы, слушаю аудио, и меня мало интересует, как эти песни по альбомам распределены. А я, заметь, старый меломан. Вот люди спрашивают, когда «выйдет» второй альбом, и не замечают, что пять песен из него давно в сеть выложены. Остальные на подходе. Меня лично иногда наша студиофобия раздражает. Но она есть и это факт. Хотя вот сейчас некоторая активность у нас в этом плане.

И.К.:
Каким будет новый альбом?

Борода:
А я не знаю, самому любопытно. Мы просто приходим в студию и пишем сквозняком свои партии. Так же, как на сцене играем. Ничего не меняем. Песни тоже специально для альбома не подбираем. Пишем примерно в хронологическом порядке. Никаких концепций. Поэтому я предпочитаю говорить не «новый» альбом. А «второй». Или «следующий». Это скорее сборники ретроспективные.

И.К.:
Понятно. Я поговорил с людьми, которые в теме, и просмотрел интернет в поисках чего-нибудь негативного, чтобы остроты в интервью добавить. Но там только положительное. Хотя, одно мнение нашёл. Человек говорит, что «ЖсБ» сильно выросла за последние три года, песни стали намного серьёзнее, но юношеский задор – пропал.

Борода:
Бывает, говорят «группа – говно», но редко. Это плохо, на самом деле. В смысле, группа известна только узкому кругу своих поклонников. Спорит общественность. А фан-клубу о чём спорить? А про юношеский задор… Ну, наверное, прав товарищ. Мы же взрослеем. А я старею. Про феньки-сигареты и хипповские драные джинсы мы уже спели. Может когда-нибудь ещё ностальгия настигнет, но сейчас вот так. Варя недавно сказала, что уже хочется о вечном попеть. Я так вообще об этом не думаю. Песни пишутся, как ОНИ хотят, а не как я. Сейчас пишутся о взгляде на этот мир. У меня, во всяком случае, они полны дзена, хоть я и не буддист. Слава на той же волне, как мне кажется. Варя более лирична, прежних разгильдяйских песен сейчас тоже не предлагает. Впрочем, недавно обычный автостопный рок-н-ролл нарисовался в удовольствие. Если кто-то подумает, что «ЖсБ» стиль меняет, напрасно. Ничего мы искусственно не меняем. Всё идёт своим чередом. Мы всегда были эклектичны, а сейчас просто более чем всегда. Скучно зацикливаться на блюз-роке или ещё на чём-то одном.

И.К.:
Я понял, что творчество процесс спонтанный, и спрашивать о творческих планах - не зря считается моветоном. Но какие-то организационные планы есть интересные?

Борода:
Планов особых нет. Как обычно, в этом году подготовим новую программу. Есть некоторые задумки сценического плана, но не уверен, что мы их сможем реализовать. Остаётся актуальной запись концертного альбома, и это более реально. Под это дело даже две профессиональные съёмочные группы готовы DVD снять. Трудно на самом деле работать «вовне», что-то там организовывать впечатляющее. В прошлом году шестичасовой марафон отыграли. Было очень интересно. Мне даже понравилось. Но по большому счёту – просто концерт. Только длинный. И Варе столько петь не стоило бы. Наше дело репетировать и играть. А организация – слабое место. Все группы в основном разные инфоповоды придумывают. А суть не меняется. Мне это не нравится. Я бы просто объявлял честно: очередной сольный концерт. У нас они и так все разные, без инфоповодов. Песен много, сет-листы не повторяются никогда. А ждать глобальных новостей от любительской группы не стоит. Суперконтрактов мы подписывать не собираемся, больших туров проводить – тоже. Вот новые интересные песни – точно будут. Они и есть уже, мы просто их не показываем до презентации новой программы.

И.К.:
Подавляющее большинство провинциальных групп, достигнув определённого уровня в своём городе, упирается в невозможность дальнейшего роста и прекращает музыкальную деятельность. Или переходит в вялотекущий режим существования. Вроде и не объявляли о распаде, но и не видно их. Вам это не грозит? И вообще, друг другу не надоели?

Борода:
Про группы – так и есть. Это, видимо, правило. А мы, скорее, исключение. Ты вряд ли найдёшь сейчас в Н-ске группу, которой более пяти лет и которая всё это время в форме, регулярно репетирует и выступает. Мы, «Савой». И всё, наверное. Остальные, если и появляются, то нерегулярно, и составы меняют. Вот ты сказал «дальнейшего роста». Мы стабильны, потому что не ждём широкого резонанса. Мы играем в удовольствие. Наш рост – новый материал. Просто интересно этим заниматься. Остальное, включая концерты – лишь приятное приложение. Не надоели? Думаю – нет. Мы почти не встречаемся вне концертов и репетиций. Но за восемь лет всё-равно какие-то семейные отношения сложились. Мы сразу видим, кто сегодня с похмелья, а у кого месячные. Всякие гуси индивидуальные нам давно известны и являются предметом шуток. Естественно, на репетициях часто на повышенных тонах общаемся. Куда же без этого. Но никто никого ведь не держит. Знаете, такой кружок по интересам. И раз люди восемь лет без прогулов ходят на репетиции, значит, интерес есть. К тому же за эти годы выработались какие-то негласные правила полезные. Если, скажем, человек принёс новую песню и считает, что она хороша, мы её сделаем. Даже если она никому больше не нравится. Каждый имеет право на свой личный кусочек кайфа. Хотя такого, чтобы песня нравилась одному – не было ещё. Вот случаев, когда одному какая-нибудь песня не нравится – много. Но это не мешает. Коллективное и личное здесь, к счастью, в балансе.

И.К.:
А мне всегда было интересно, насколько сами музыканты адекватно себя оценивают. Вот вы знаете свои слабые и сильные стороны? Почему ваша публика вообще на вас ходит?

Борода:
Это, возможно, самое сложное для групп. И это камень преткновения. Посмотреть на себя со стороны, спрятать слабые места и высветить сильные. Возможно, нам это и удаётся. Самое сильное место – Варвара. Её харизма, голос и талант – половина успеха. Она должна быть впереди. Второй момент – песня. Стараемся не пихать в неё то, чего там быть не должно. Мы слабые инструменталисты, профессионалов у нас нет. Отсюда метод – сделать всё просто, но ОЧЕНЬ точно. Оптимально донести суть вещи. Если у нас это получается – остальное Варвара сделает. Когда мне хочется послушать «ЖсБ» (бывает, а что) – я не записи включаю, а ролики на Ютубе. Смотрю. Хотелось бы играть если не лучше, то хотя бы дисциплинированнее, это да. Но зато мне нравится отношение к публике. Мы на равных. Мы звёзд из себя не строим. Но при этом и не заигрываем. Всё взаимно по-честному. Иногда меня раздражают аранжировочные моменты, против которых я был на репетициях, но группа настояла на своём. Ну, это разумные компромиссы. Без них в коллективе не бывает. Иногда, правда, трудно вот эти моменты словами объяснить. Такая тонкая материя. Можно среднюю песню максимально донести до людей, чтобы она красками заиграла. А можно говорить: «у меня материал убойный». И при этом убить этот самый материал неадекватной подачей. У нас нет абсолютно сильных сторон. Они все у нас относительно сильные. Баланс ищем постоянно.

И.К.:
Внутриколлективная гармония – это хорошо. Но неужели не хочется большего? Чтобы вас знали в России, больше людей слушало?

Борода:
Хотелось бы. Но этот процесс вне нашей компетенции. У членов группы нет амбиций. Для успеха это плохо, с одной стороны. С другой – наличие амбиций у части группы привело бы к неразрешимой дилемме и распаду. А наличие амбиций у всех – утопия в нашем случае. Лично я убеждён, что если Магомет того стоит, гора рано или поздно придёт нему. Никуда не денется. Если же не придёт – мудрец не расстроится. Гора может быть внутри. Песни пишутся независимо от успеха. Мы им жизнь даём тоже независимо от него.

И.К.:
Да ты фаталист! Вывод – группа самодостаточна и ловит свой собственный кайф. Ты согласен с такой трактовкой?

Борода:
Близко к истине. У нас, правда, кайф взаимный с теми, кто приходит на наши сольники. Мы ещё не сидели без концертов. Не знаю, было бы нам тогда настолько кайфово? Публика в данном случае – неотъемлемая часть любой группы. Пишем мы для себя. А играем – для людей.

И.К.: Пишете для себя. То есть, никакой идеи донести не хотите? Как вообще процесс написания происходит.

Борода:
За себя могу сказать: все песни разные. Наверняка идея свыше заложена в каждую. А побудительные мотивы для написания – разные. Не все родились от желания что-то сообщить миру. Бывает проще. Какой-нибудь ритм застучал в голове навязчиво, начинаешь вокруг него мелодию накручивать. Потом смотришь на готовую песню и удивляешься – откуда что взялось. А иногда действительно мысль донести пытаешься. Всё это к качеству песен и к их успеху-неуспеху отношения мало имеет. Самые популярные вещи часто сделаны за пять минут на коленке. А песни, где ты в каждую строку много вложил, иногда вообще игнорируются. Я сейчас пишу относительно много. Не всем доволен, но не боюсь экспериментировать. Время отсеет, я не хочу. Слава пишет почти столько же, но у него каждая вещь – в десятку, на мой взгляд. Варвара в музыкальном плане сейчас не очень активна, а с текстами у неё всё в порядке. Жаль, не все песнями становятся. Остальные пишут по случаю. Ты бы им этот вопрос задал – я бы с удовольствием ответы послушал. Знаешь, есть даже песни, написанные для исследования творческого метода. Зацепит чьё-то произведение, начинаешь думать: как он это сделал? Потом двигаться в этом направлении. Иногда результат вообще не похож на источник вдохновения. Мне нравятся такие штуки.

И.К.:
А есть любимая на сегодня песня? Или та, которую ты считаешь главной?

Борода:
Нет такой. Но даже если бы была, я бы на этот вопрос не ответил. Что-то здесь очень личное и даже мистическое есть. Не хочу показаться пафосным, но у матери тоже бывает ребёнок, которого она любит больше. Никогда она в этом не признается. Есть песни, которыми доволен, есть, которыми не очень. Про песни, написанные Варварой, Славой или Серёгой мне проще говорить. Но у них мне почти всё нравится.

И.К.:
И последнее. Я на днях сказал коллегам, что хочу у «ЖсБ» интервью взять. Их вопрос «что они играют» поставил меня в тупик. Какой-то винегрет, прости за кулинарное сравнение, получается. Что бы ты ответил, интересно. Можно здесь о стиле говорить?

Борода:
Я понимаю, что о стиле говорить иногда необходимо. Но меня такой вопрос тоже в тупик ставит. На сайте у нас написано, что мы на себя ярлыки не вешаем, но играем в 70-е. Хотя и это не совсем точно. Мы пробежались по вершкам 70-х, зацепили слегка 60-е. Сейчас уже и в нью-вэйв с брит-попом и пост-роком залезли. Даже кабаре-шансон и джаз есть. Главное, что всё это превращается у нас в «Женщину с Бородой». Прямой звук и Варвара цементируют это в единую конструкцию. А по поводу ярлыков есть у меня пара историй. Первая – условно правдивая. Условно, потому что суть точна, а фактологию точно не помню. Вот жила-была группа «Назарет» (и называлась ещё вроде не так), играла разную музыку, альбом выпустила. Ей умные дяди продюсеры говорят: всё, мол, у вас, парни, зашибись. Но с эклектикой надо завязывать. С коммерческой точки зрения – это тупик. Публика любит определённость. Ей надо всё по полочкам разложить. Парни задумались о позиционировании, стали играть однообразный хард-рок, добились успеха и стали тем, кем мы их знаем. Вот это отличает грамотный коммерческий подход. Радует, что мы некоммерческая группа и можем позволить себе забредать куда хотим. А дяди правы были. Ярлыки точные нужны. Конкретные субкультуры – мощный поставщик поклонников. Знаю одну московскую группу, которая в своё время объявила себя готической, отслеживая моду. Ничего готического в их музыке вообще не было. И не стало. Но кого это волнует? Такое позиционирование принесло им кучу фанатов и приглашений на концерты. Вот тебе и ярлыки. В следующий раз, если про нас спросят, и ты сможешь выкрутиться – сообщи мне, как ты это сделал. А то от меня часто пресс-релизы требуют.

И.К.:
Договорились! Спасибо. Будем ждать альбома и новой программы. Надеемся увидеть в Москве. Удачи группе.

Борода:
Спасибо. В Москве – это вряд ли. Лучше вы к нам в Сибирь.
Tags: Женщина с Бородой
Subscribe

  • Весна скоро

    Песенку придумал. Весенняя простая деревенская песенка со скрытым намёком на секс 🙂 Набормотал на телефон, кинул обработку, чтобы прыщи не видно было…

  • Сибирь

    В субботу исполняли песню на бис. Внук выгнал барабанщика (я Кита Муна сразу вспомнил), сел за установку и сыграл сам. Мы не репетировали и вообще не…

  • 10 октября сольный концерт

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments